6 Странник 6

Преображение


Он бездумно бродил по вершине Синайской горы.
Он бездумно прошел весь далекий и близкий Афон.
Он бездумно в Израиле рассматривал монастыри.
Он бездумно на Крестном Пути выбирал граммофон.

На иконах он видел картинки из ярких цветов.
Он святыни небрежно в стороночку отодвигал,
Иронично терпел православных людей чудаков,
А хозяином жизни он свой интеллект величал.

Не хотелось ему ни в какие догматы вникать,
Не хотелось ему никакого иного пути.
Только вдруг заболела болезнью смертельною мать,
Только вдруг перестали привычные деньги идти.

Вдруг сердечко забилось – стабильность потеряна в миг.
Так печально, что рушится крепкий проверенный дом.
Так ужасно, что смерть – неформальный в свидетельстве штрих.
Вдруг пробила, как молния, мысль: «Так, а что же потом?»

Он уже не бездумно стремился к вершине горы.
Он с молитвой прошел весь далекий и близкий Афон.
Он с надеждой стремился в Израиле в монастыри
И на Крестном Пути, взявши Крест, поспешил за Христом.

Вечность


Там в вечности чудесные миры,
Там есть закон любви и нет игры,
Там сила мысли, сила состраданья,
Один порыв – единое дыханье.

Там жизни трепет к Свету устремлен,
Там во главе угла и в сердце  – Он,
Тот, Кто создал весь мир Своей Любовью
И падших искупил Пречистой Кровью.

Там нет лукавства, быть не может зла,
Там благодать предвечный свет зажгла,
И никаким земным воображеньем
Не передать величия служенья.

Те, кто престолу Правды предстоят,
Святым небесным пламенем объят,
Сияет каждый в меру устремленья
И воспевает правду искупленья.

И нет предела близости к Творцу,
И нет предела счастья. По лицу
Струится радость. Сила вдохновенья
Одаривает вечностью мгновенье.

Любовь святая множится, цветет,
И никогда душа не устает
В своем неиссякаемом движеньи,
В своей любви, в своем благодареньи.


Эх, война, война


Федор Михайлович Достоевский писал:
«Дьявол постоянно борется с Богом,
а место брани – сердце человеческое».

Эх, война-война, поле мертвое!
Кому – смерть красна, кому – легкий бой.
Эх, война-война, судьбы стертые!
Кого Бог вернул, кого взял домой.

Не услышать птиц при побоище,
Не найти утех от красот зари.
Эх, война-война, ты – чудовище!
Ты калечишь мир, мир огнем горит.

Как ушли на фронт добры молодцы –
Силой ратною позабавиться,
Как пришли домой братья и отцы
С сединой в висках  –  дух состарился.

Тот неравный бой страшен пыткою,
Тянет за душу во смирение,
Тот неравный бой с силой прыткою,
С силой дьявольской – во спасение.

Что отец сидишь, пригорюнился?
Сколько чад твоих в бой направится?
Без победы им не одуматься,
Без терпенья жизнь не исправится.

Эх, война-война, жизнь – мгновение.
Как же страшно в ней ожидание!
В сердце бой идет во спасение,
Для других людей  – в назидание.


Поворот


Не ропщи, что не по-твоему жизнь проходит поворот.
Не по-твоему покроено, даже лучше подойдет!
Не кричи, что так не вынести, муки ада не зови,
Надо сердце чисто вымести для Божественной любви.

Пусть сначала жизнь покажется тесной, мутной и глухой,
Сердце от страстей откажется и почувствует покой,
Гордость этим поколеблется, и тщеславье пропадет,
Лень пройдет, душа затеплится и молитву обретет.

В этом мирном состоянии ум не терпит пустоты,
В ясном искреннем сознании покаянье, Бог и ты!
Так исправится мышление, сердце силу обретет,
Ты поймешь свое падение и смиришься с тем, что ждет.


Не ропщи


Мы страшимся того, что грядет,
То,  что "завтра" внезапно наступит.
Мы боимся, что Ангел найдет
Бесполезным наш путь и рассудит,

Что от сердца не будет добра,
И не будет в душе исправленья.
Что житейская лень и хандра
В пустоту направляют движенье,

Что бессмысленно ждать результат,
Сердце вряд ли от спячки проснется,
Что бессмысленный путь  –  этот ад
На земле для беспечных начнется.

И Господь, видя грустный исход,
Чтоб совсем не погибло созданье
Попускает болезни и скорбь –
Вдруг  от скорби проснется сознанье.

Никогда ни на что не ропщи –
Попускается то, что вмещаешь.
Виноватых нигде не ищи  –
И себя обличать не устанешь.

Постарайся нигде не забыть,
Что достойна душа наказанья,
И научишься Бога любить
Благодарным, счастливым сознаньем.


Иерусалим


Вот земля, по которой ходил Господь
И Собой ее освятил.
Вот земля, из которой создали плоть,
И Господь ее оживил.

Здесь, на этой земле жило много людей,
И всегда была благодать.
Только жили по-разному люди на ней,
И убить могли, и предать.

Этот город Святой видел много чудес,
Видел правду и страшное зло.
Перед тем, как взойти Своей Плотью на Крест,
Плакал Бог у стены его.

Город был предназначен для службы Отцу,
Для величия Божьей любви,
Но пророков убили, переча Творцу,
И на муку Христа повели.

Пред Голгофой оспорить никто не хотел
Приговора у Судных Врат.
Ни один исцеленный сказать не посмел –
И Господь на Кресте распят.

Где же правда, коль страждет распятый Бог,
Омывая людские грехи?
Но любовью Господь Свою боль превозмог
И воскрес, воскрешая других!


Страсть


Она крадется, словно мышь,
И растекается в сознаньи.
Она парализует знанье,
Безвольным перед ней стоишь.

Коль ты поддался лести бренной,
Она пожрет тебя мгновенно.
И смысл, и радость бытия
Заполоняет страсть твоя.

Все почернеет, все ее,
Любовь нигде не оживает.
Цепями тяжкими вплетает
Она насилие свое.

Душа в темнице, в заточеньи,
А страсть надменное решенье
Выносит: "Быть или не быть?
Быстрей иль медленней убить?"

Ее давленьем Бог покинут,
Она просвета не дает,
И, как собака кость,  грызет
Она тебя. Ты опрокинут.

Невыносима боль твоя,
Но оглянись, ведь ты зазря
Себя терзаешь и бичуешь,
Ужели ты подвох не чуешь?

На этой страсти кандалы
Ты посмотри со стороны.
Себя увидишь уязвленным,
В цепях увядшим, изнуренным.

А сверху над тобой она,
Как клоп, раздулась допьяна.
Так ты ее с собой не путай,
Отбрось ее, исчезнут путы.

И чистой, радостной душой
Любовь восполнишь и покой.
Ты только лжи ее не верь,
И к Богу отворится дверь!


Духовная жизнь


А ты знаешь, среди городской суеты,
Среди ярких реклам, фонарей
Есть духовная жизнь.

Неприметным движеньем вплетаясь в покров темноты,
Ты в молитве доверишься Богу.

Сердце снова созвучно забьется, и ты
Обретаешь и радость, и смысл,

И возможность любить.
Все цветы
За мгновенье в душе у тебя расцветут,

Свет забрезжит в сознаньи убогом,
Ум с надеждой в объятие Отчье спешит.

Ты вернулся, ты дышишь, ты пробуешь жить,
Будто вышел из страшной болезни.

Ты опять у Источника Вечной любви.
Бесполезное
Ты не зови, не пускай помышленья земного.

Пусть в сознании Божьей любовью горит
Этот свет, эта мысль, эта радость
Присутствия Бога.

Никогда ни за что не позволь отойти от Него
Ни на шаг, ни на мысль, ни на маленькое искушенье,

Ни на лесть обольстителя мира сего,
Ни на собственное возвышенье.


Серебряный путь


Несомненно, что скоро закончится дождь и мороз.
И, конечно, сквозь серость прорежется солнечный луч.
И весна расцветет, все очистится свежестью гроз.
Все вокруг возликует, развеется саван из туч.

Мы изменимся тоже, ведь в сердце бывает весна,
Мы, убогие, носим тяжелые льдины грехов,
Но Божественным светом смывается с глаз пелена.
Льдины таять начнут, если сердце согреется вновь.

Теплотою Господь твое сердце наполнит, любя,
Лишь за то, что решился вернуться под Отчий покров.
День, и ночь, и весна, и цветы – это все для тебя,
Это любящий Бог сотворил для заблудших сынов.

Перламутром рассвет, наконец-то, в душе расцветет,
Незначительность лет перестанет за душу тянуть.
Вот и вечность, а смерть-то всего лишь Домой переход,
А за ним наш Спасительный Град и серебряный путь!


Лесть и ложь


Лесть и ложь ходят рядом по свету,
Лесть и ложь там, где истины нет.
Лесть и ложь дарят людям советы,
Лесть и ложь бродят тысячи лет.

Никогда не лишались успеха,
Никогда не имели нужды,
Им проблемы людей – не помеха,
Им бы грязи, да мутной воды.

Неразлучно шагая по миру,
Через гордость пленяя сердца,
Лесть и ложь – две сестры, два кумира.
Тех, кто с ними, ведут до конца,

До конца этой временной жизни,
До конца, до бессовестных лет,
Вызывая в душе катаклизмы,
Добиваясь никчемных побед.

И когда у порога земного
Перед тем, как пред Богом предстать,
Подведя результат прожитого,
Будет сердце скорбеть и рыдать,

Ты поймешь, что прошедшие годы
Принесли нестерпимую боль,
Нет любви, лишь печаль и невзгоды,
Лесть и ложь все побили, как моль.


Воля


Что мы боимся в этом мире?
Боимся боли, смертных пут,

Что кто-то высмеет в сатире,
Что в плен иль в рабство уведут.

Но никогда без Божьей воли
Глава не сможет облысеть,

Без воли не бывает боли,
Без воли не бывает смерть!


За что же похвалить тебя?

За что же похвалить тебя?
За то, что трудишься, хлопочешь,
Но если одобренья хочешь,
Зачем же так губить себя?

За что же похвалить тебя?
За кротость нрава и молитву,
Но как ты выиграешь битву,
Коль все начнут хвалить тебя?!

За что же похвалить тебя?
За то, что плоть свою смиряешь,
На злобу злом не отвечаешь?
Но это нужно для тебя!

За что же похвалить тебя?
За то, что, чуждый лицемерья,
Имеешь к Господу доверье?
Но это милость для тебя!

За что же похвалить тебя?
За несомненность послушанья,
За то, что победил отчаянье?
Но это радость для тебя!

За что же похвалить тебя?
За то, что вверил в Божью волю
Себя и ближних жизни долю?
Но в этом счастье для тебя!

Чего ж тогда хвалить тебя?


Твоя надежда


Что может быть ценней Твоей надежды
На то, что,  жизнью отвергая грех,
Тебе сумею сердцем немятежным
Довериться без суетных помех?

Что радость верности приняв своим сознаньем,
Вновь обрету возможность быть с Отцом,
И неразрывно искренним дыханьем
Внимать сумею сердцем и умом.

Приемля вечность, каждое мгновенье
В Его святые руки устремить,
И с благодарностью почувствовав прозренье,
Его любовь навеки сохранить.

Раскаянною чистою душою
Воспеть святую радость бытия
И не искать телесного покоя,
И не искать пустого жития.


Благодарю


Благодарю за те мгновенья,
Что Ты меня благословил,
За радость веры и прозренья,
За то, что в мире сохранил,

За то, что слезы покаянья
Принял и мной не пренебрег,
За то, что все мои метанья
Смиреньем вылечить помог.

Твоей любовью сердце бьется,
Твоя живая благодать
Так изобильно раздается,
Лишь успевай ее принять.

Ты любишь, Боже милосердный,
Любовью чистой, неземной,
И так желаешь, чтобы верным
Мой ум остался пред Тобой.


Вразумление


Легкой прохладой коснулось святое крыло,
Сердце раскрыло свой чистый проснувшийся взор.
Боже, куда же меня от Тебя занесло?
Как утомителен с миром бессмысленный спор.

Где-то промчались и канули прошлые дни,
Где-то тревоги, проблемы, мирские дела,
Но никогда не заменят в сознаньи они
Божией любви и полета святого крыла.

Этот порыв отрезвляет и сердце зовет
К чистому, вечному, главному делу души.
Богообщенье тебя от скорбей уведет,
Сердце наполнится радостью вечной тиши.

Там, где всегда не кончается вечный призыв,
Ты ощутишь, что вернулся сознаньем Домой.
Каждым мгновением Отчей любви дорожишь,
Имя Святое твердишь непрестанной мольбой.


Не плюй в колодец


Ты не плюй в колодец на твоем пути,
Вдруг к нему придется возвратиться?
Ты не плюй в колодец, воду пощади,
Вдруг вода от грязи замутится?

По пустыням мира нелегко пройти,
Без воды душа не обойдется.
К миражам пустыня может завести,
И едва живой душа вернется.

По стихиям мира – множество дорог,
И они с искусственной водою.
По стихиям мира, не жалея ног,
Многие плетутся за толпою.

Там, где есть источник жизненной воды,
Есть отдохновенье и отрада.
Там спокойно дышишь, там не ждешь беды,
Там Господь  и далеко до ада.

Ты не плюй в колодец на твоем пути,
Вдруг к нему придется возвратиться?
Ты не плюй в колодец, душу пощади,
Вдруг душа от грязи замутится?


Ты прости меня, брат


Ты прости меня, брат, что живу и пою не по-твоему.
Не люблю дифирамбы, манерность, чванливость и лесть.
Ты прости меня, брат, потому что на совесть настроены
Все структуры душевные, вера, надежда и честь.

Неприятна тебе откровенная форма общения,
Неприятны простые дела и простые слова.
Неприятно прощенье, отсутствие всякого мщения,
Неприятно, когда у кого-то своя голова.

Неуемные страсти не хочет баюкать сознание,
Не приемлет душа вместо жизни дешевый спектакль,
Нет желанья комфорта, апломба, кичливого знания.
Ты прости меня, брат, но душа не приемлет похвал.

Да, я грешник никчемный, и, в общем, любить меня не за что,
И твое поношенье к спасенью меня приведет.
Только внутреннее там гораздо дороже, чем внешнее,
А Господь  – Он рассудит, смирит, и простит, и поймет.


Змея гордыни


Змея гордыни убивает душу.
Змея гордыни все затмит собой.
Ей Бог не нужен, да и ты не нужен,
Ей только б надмеваться над толпой.

И все твои благие намеренья,
Всю радость, боль и добрые дела
Присваивает за одно мгновенье,
Обкрадывает для копилки зла.

Ей ненавистны слезы покаянья,
Ей неприятны кротость и любовь,
Лишь ложь, и лесть, и самооправданье,
Лишь лицемерье будоражит кровь.

Все то, что велико пред падшим миром,
Она возводит в высший идеал.
Она сама становится кумиром
И ждет наград, оваций и похвал.

Куда бежать от ядовитой твари?
Куда укрыться от следящих глаз?
Чтоб не погибнуть в дьявольском кошмаре,
Смотри, ты грязный, голый, без прикрас!

Лишь только ощутив, что все пропало,
Что сам не сможешь выйти из беды,
Вернись к Отцу, отбрось свое забрало,
Тогда глотнешь живительной воды.


Где сердце твое, человек?


Где сердце твое, человек?
Что в жизни ценней и милее?
Где мысли твои, человек?
Какие идеи довлеют?

Где счастье твое, человек?
Мгновенье так быстро уходит.
Где радость твоя, человек?
Что сердце от Бога уводит?

Где время твое, человек?
Что было и будет – промчится.
Где совесть твоя, человек?
Суметь бы от грязи отмыться.

Где мера твоя, человек,
Которой другим отмеряешь?
Где вечность твоя, человек,
Которой бездумно играешь?


Ночь


Перламутровый луч утонул в глубине потемневшей воды.
На поверхности звезды колышутся в ритме с волной.
Горизонт из-за туч вынес остренький серпик луны.
Скоро завтра наступит, а что будет завтра со мной?

Небосвод потемнел, фиолетовой сферой сместил
Всю палитру цветов уходящего в прошлое дня.
Млечный путь жемчугами бездонную сферу расшил,
Мирозданье уснуло, когда-то утихну и я.

Да, бездонность Творенья словами нельзя объяснить.
Глубину созидания ведает только Господь.
Мы песчинки, но нашу живую нетленную нить,
Нашу личную вечность не сможет и смерть побороть.


Неминуема Жизнь


Неминуемо кончится прожитый день,
Неминуемо кончится прожитый год,
Неминуемо землю укутает тень,
Неминуемо вечером солнце зайдет.

Неминуемо жизнь начинает стареть,
Неминуемо осенью вянут цветы,
Неминуемо каждому встретится смерть,
Неминуемо в вечность торопишься ты.

Неминуемо Богом накажется зло,
Несомненно, Любовь победит суету,
Несомненно, что в жизни тебе повезло,
Потому что ты с Богом минуешь черту.

Неминуемо время утратит свой ход,
Неминуемо светом развеется тьма,
Неминуемо время прощаться придет,
Неминуема встреча. И вечность сама

Неминуемо близко – уже без границ,
У подаренной жизни не будет конца,
Ты увидишь гармонию ангельских птиц,
Воспевающих милость Благого Творца.

Неминуемо счастье тебя посетит,
Благодать твой светильник навечно зажжет,
Век слезами земными омытый прожит,
Неминуемо сердце Любовь воспоет.

Неминуемо кончится прожитый день,
Неминуемо жизнь начинает стареть,
Неминуемо Бог победит твою лень,
Неминуемо жизнью закончится смерть.

Неминуемо в вечность рождаются вновь,
Неминуема жертва любви у Христа,
Неминуемо капает Крестная Кровь,
Воедино всех нас соберет у Креста!


Сторичный плод


Настрой души дает сознанью силу
Из монотонных сумеречных дней
Не отправлять прижизненно в могилу
Любовь и смысл Божественных идей.

Ты никогда без полного доверья
Не сможешь устремиться к небесам.
Отбросив гордость, ложь и лицемерье,
Раскаешься, пожжешь ненужный хлам.

Твое сознанье заново родится
И, наконец-то, к Богу воспарит.
Покуда сердце к Господу стремится,                
Ты счастлив, и Господь тебя хранит.

И не помешают внешние проблемы                      
И никакие ценности земли,
Не отвлекут бессмысленные темы,
Ты только сердце в Боге сохрани.

И это семя Божьей благодати,
Развившись, даст прекрасные цветы.
И тех, кто верен, Бог в Свои объятья
Приемлет и спасет от суеты.

И новый горизонт откроет вечность,
И новый начинается восход.
И дарует любовь Господь Превечный,
И семя принесет сторичный плод.


Смысл жизни


Ты в пустоте пустотою играешь
И пустотою живешь.
Ты к пустоте пустоту подбираешь
И пустословишь и лжешь.

Ты пустотой бетонируешь годы,
Чтоб пронеслись побыстрей.
Радость и горе, печаль и невзгоды
Ты пустотою согрей.

Ты в пустоте просыпаешься утром,
Ищешь в бессмысленном смысл.
Ты в пустоте очертанием мутным
Ищешь никчемную мысль.

Ты пустотой пустоту погоняешь,
Чтобы движенье создать.
Ты пустотой пустоту наполняешь,
Чтобы сознанье занять.

И перед смертью, представ опустевшим,
Не на что будет взглянуть.
И отрезвишься сознанием грешным –
Пройден бессмысленным путь.

Бога и ближних, подаренной жизни
Не научился любить,
А в перспективе –  в аду катаклизмы,
Некого будет винить.

Ты в пустоте пустотою играешь
И пустотою живешь
Только зачем ты себя обделяешь
И у себя же крадешь?


Детство


Детство. 
Ленивое детство мне вспомнилось после трудов.
Будто там, за чертой уходившего за мгновенье  –
Пенье.
Разливалось святое небесное пенье
Ангельских голосов.

И не слышно уже утомленного шума земли. Дни.
Быстротечные дни промелькнули, едва ли задев суетой.
Что же дни?
Так бездарно проносятся; время летит, словно птица.
Время, тяжесть и жажда, так желает сознанье напиться
Чистых вод благодати и влиться

В славословие вечных миров.
Грех таков: убивает любовь пустота.
Немота перед Богом, пред любящим верным Отцом.
Отчий Дом, милый Дом,
Тот парящий на ангельских крыльях Вечный Дом
Вечно ждет, Мир щедрот.

Наша жизнь, как дырявая лодка, чуть плывет
И тихонько стремится на дно.
Суждено,
Видно, всем нам очистить себя в этих водах
И выйти, сострадая и вечно любя,
В дивный Сад, Вечный Сад – в тот, откуда мы родом.


Сад


Сад!
Удивительный радостный сад
рос давно,
С незапамятных древних времен.
Сад!
Весь цветами увенчанный сад.
Так чудно,
Что плодами усеянный он.
Там,
В том саду, не стареют плоды,
смерти нет,
И цветы рядом с ними растут.
Там
С поволокой жемчужной рассвет,
вечный свет,
Холодов и морозов не ждут.
Нимб!
Там из радуги солнечный нимб
всех цветов,
Только черный нигде не блестит.
Жизнь!
Эта вечная добрая жизнь –
нет оков.
В небе умная птица летит.
Трель!
Эта дивная песня любви
все пронзит,
Все наполнит своим существом.
Хор!
Небожителей хор возвестит:
век прожит,
И навечно не будет времен!

Здесь!
Чистым сердцем своим ощутишь
Отчий Дом
И, конечно, останешься  в Нем.
Здесь!
Ты сознаньем своим воспаришь
в Божий Дом.
Твоя вечность теперь со Христом.
Вот!
Твоя чистая песня души
зазвучит,
И ничто не препятствует ей.
Вот!
Тот счастливый и радостный миг!
Мир открыт!
Ты вливаешься
песней своей!


Точка зрения


Какое у тебя доверье к Богу?
Насколько можешь сердце устремить?
Пройдя земную бурную дорогу,
Как жизнь тебя сумела научить?

Когда ты просто признаешь Начало,
Которое создало этот мир,
Но сердце по Нему не заскучало,
Тогда ты Бога в сердце не пустил. 

Когда ты признаешь себя твореньем,
А Бога видишь любящим Отцом,
Когда любым потерянным мгновеньем
Ты дорожишь, стремишься в Отчий Дом –

Тогда, конечно, сердцем благодарным
Ему вверяешь скорбь грядущих лет,
Вверяешь радость словом покаянным,
Готовишь в вечность будущий ответ.


В гостях


Как объяснить, что мы в гостях,
Живем мгновенье в этом мире,
Что смерть дает животный страх,
Что вечность рядом – небо шире.

И нет преграды бытия,
И нет границы мирозданья,
И жизнь твоя, и жизнь моя –
Творенье Вечного Сознанья.

Неудержимый бег земли
Когда-то кончится с землею,
И будет новый мир, и мы
Все тоже будем. Бог Собою

Освятит всех и оживит
Все то, что тянется к спасенью.
И мы изменим тленный вид
И воспоем благодаренье.


Твоя любовь со мною


Я знаю, Ты всегда со мной
И в холоде, и в зное.
Я знаю, что Твоей Рукой
Отпор дается злобе.

Пусть рана сердце бередит,
Проблемы наплывают,
Но никогда призыв любви
Твоей не иссякает.

Минута прожитого дня
Ко мне приблизит вечность.
Мгновеньем канет жизнь моя,
Нет время на беспечность.

И за чертой ушедших лет,
Прошедших стороною,
Всегда один знакомый след  –
Твоя любовь со мною.

Какие б ни были пути,
В минуты испытанья
Ты помогаешь мне идти,
Хранишь мое сознанье.

Всегда в Объятия Свои
С любовью принимаешь,
Мои ошибки и грехи
Мгновением прощаешь.