11 Странник 11

Атеистам


Как же ты не веришь в Бога?
Удивительная блажь.
За тебя в душе тревога,
У тебя в душе – кураж.

В этом мире все не просто,
Нет случайных величин.
Человек, как микрокосмос,
Если с Богом – не один.

Если нет Творца вселенной,
Жизнь никто не зарождал.
И лукавый несомненно
Мысль погибельную дал.

Для пленения сознанья,
Для погибели души,
Для подрыва мирозданья –
Все идеи хороши.

А когда трещит основа
По неровным грубым швам,
Сочиняют люди снова
Будто мир создался сам!

Неживое оживает,
Хоть неведомо зачем,
И зачем-то осмысляет
Смысл бессмысленных проблем.

Нет души. Духовной, чистой
Нет причины бытия.
И, блеснув случайной искрой,
Исчезает наше «я».

Эволюция напраслин
Ни к чему не приведет.
Кто поверил этим басням –
К верной гибели идет.
                         

Нераскаянность


Кто-то тихо вплетает нехитрую подлость,
Кто-то тихо подкрался и делает зло,
Кто-то думает так, что духовную область
Можно в жизни не трогать, добившись всего.

Кто-то смысл поменяет на внешнюю форму,
Кто-то лестью на правду закроет глаза,
Кто-то хочет в сознаньи устроить реформу,
Чтоб, довлея деньгами, забыть «тормоза».

Кто-то мнит, что он судьбы вселенной решает,
Кто-то страстно лелеет сокрытый порок,
Кто-то всем и во всем постоянно мешает,
Кто в иллюзии жизни азартный игрок.

Но приблизится смерть леденящим дыханьем
И расставит прошедшую жизнь по местам,
Но с какою душою и с каким оправданьем
Перед Богом предстал нераскаянный Хам?


Как же совесть?


Как цветок устремляется к свету,
Так же ищет душа благодать,
Чтобы быть благодатью согретым.
Надо это сознаньем понять.

Ты увидишь разрозненность сердца
И разлаженный образ ума,
Надо совести дать приглядеться
И узнать, что заметит она.

Совесть – Божий глагол в человеке,
От нее не сокроешь грехи.
В нашем маленьком жизненном веке
Люди взвинчены, страстны, лихи…

Дерзость, хамство – привычная форма,
А распущенность – миру под стать,
Прививается страшная норма,
Чтоб бежала от нас благодать.

Для детишек –  герои-уроды
Или монстры из адовых сфер,
Искаженные злобные морды
Или куклы блудливых манер.

О добре, бескорыстье – ни слова,
А любовь поменяли на блуд,
Чтобы рухнула в жизни основа,
И не знали, куда их ведут.
                      
                                                           

Разлука


Когда ушел твой близкий человек,
Не прячь слезу – она очистит душу,
Ведь не надолго, не на целый век
Вы разлучились в этой зимней стуже.

Не надо жить прошедшим багажом.
То, что случится в вечности – прекрасно,
Когда сердца пред Господом зажжем
Любовью чистой, жизнью ненапрасной.

И никакая в мире суета
Не сможет выше быть дыханья Неба.
Ты ищешь смысл, а Истина  проста,
И прошлый шторм как будто в жизни не был.

Откроет Бог глубины всех глубин
И озарит немыслимой любовью,
А высота духовных величин
Омоет сердце Благодатной Кровью.

Твоя свеча не сможет догореть,
И свечи тех, кто близок пониманьем,
Ты будешь вечно сердцем пламенеть,
Не отрываясь искренним вниманьем.

Какая радость – мы идем Домой!
Там, у Отца,  –  Обители святые,
И нас встречают.  Только ты омой
Сознанье и одежды неземные.
                  

Та радость


Та радость, которую дарит Господь,
Та радость – совсем не земная.
Она отголосок забытых красот
Чудесного дивного Рая.

Та радость, которую дарит Господь,
Бывает от радуги яркой,
Бывает от слов,  умилительных нот,
Бывает от жизни – подарка.

Та радость, которую дарит Господь,
Бывает во время молитвы,
Когда забываешь про бренную плоть
И к Богу дороги открыты.

Та радость, которую дарит Господь,
Пасхальным встречается звоном,
Он смерть восхотел ради нас побороть
Своим Воскресеньем Христовым.

Та радость, которую дарит Господь,
Позволит душе напитаться,
Поможет унынье терпеньем смолоть,
И сердцу не даст огорчаться.

Пусть радость, которую дарит Господь,
Присутствует после ухода.
Молю, чтобы мир не сумел расколоть
В сознаньи любовь и свободу.


Пустыня


Наш маршрут  – через пустыню,
Испытанья впереди.
Для подвижников – святыня,
Сердце рвется из груди.

Чтобы выдержать движенье,
Нужно медленно идти,
Не терять расположенье,
Меньше нервничать в пути.

И еще как можно меньше
Пить воды, пока идешь,  –
В путешествии дальнейшем
Просто потом изойдешь,

Жажда только разожжется
И сердечный ритм сорвет.
По песку дорога вьется,
Среди скал обитель ждет.

Здесь в расплавленной пустыне
Свой проверенный закон –
Не прожить душе с гордыней,
Будешь сразу сокрушен.

А когда войдешь в обитель,
Повернутся мысли вспять –
Здесь монах  как небожитель,
Здесь молитвы благодать.

Наш маршрут  – через пустыню,
Испытанья впереди.
Для подвижников – святыня,
Сердце рвется из груди.

Чтобы духом закалился,
Пережил и змей, и зной,
Нужно, чтобы ты смирился
И обрел в душе покой.
                   
                  

Ной


Как же ты дерзаешь, Ной,
Говорить, что Бог с тобой?
Как ты ставишь выше всех
Жизнь свою и свой ковчег?

Жил бы ты, не зная бед,
Сотни беззаботных лет
И не лез бы в души к тем,
Кто не любит странных тем.

Ну откуда он придет
Этот гибельный потоп,
Сможет землю наводнить
И живое истребить?

Ты угробил сотню лет,
Исполняя этот бред.
Сколько дерева срубил,
Всех в округе удивил.

Замолился ты с семьей,
Что ты нас пугаешь, Ной?
От каких таких грехов
Здесь не будет берегов?

Этот мир – подарок нам,
Нет числа его плодам.
Ну  какой тебе запас,
И кого ты лодкой спас?

Покаянье  – дань векам,
За грехи прощен Адам.
Что былое теребить?
Нужно здесь в достатке жить.

И какую благодать
Мы должны себе стяжать?
Хватит с нас земных проблем,
Ты зациклился совсем.

Так приветствовал народ
Ноя у его ворот.
Не поверили ему
И ушли на дно во тьму.

Беззаботный праздный ум
Не хотел проблем и дум,
Лишь бы есть да лишь бы спать,
И без Бога доживать.
 
                                     

Храм


Утонет ли храм, если близко вода?
Утонет ли храм, если много тревоги?
Как к Китежу-граду крадется беда,
Но держат осаду бетонные ноги.

По-разному храмы пред Небом стоят,
По-своему храмы живут на планете.
Одни – на твердыне, но в землю летят,
Другие – в болоте, но служат столетья.

Какие-то храмы от злобы взорвут,
Какие разобраны на материалы,
Какие-то просто раскрыты – гниют,
Упреком зияют от окон провалы.

Построится храм – продолженье души.
Построенный храм – для Любви благодатной.
Господь через храмы в Небесной тиши
Людей одевает в небесные латы.
                       

Улей


Трудовая пчела
Постоянно в пути.
Хоть и ноша мала,
Как ее донести?

Постоянно  забота,
С рассвета  в трудах –
Послушанье, работа,
Нектар на цветах.

Ни минуты без дела,
Лишь ночью покой.
Все, что нужно, успела,
А утром – стрелой

За леса, за поляны,
За реки  – к лугам,
В мир, от запахов пьяный,
К цветам-берегам.

Так проносятся дни,
И зима настает.
До грядущей весны
Снится летний полет,

Единятся в клубок,
Согревая свой кров,
Ждут, собравшие впрок,
Свет – нектар от цветов.

Ждут, когда же забрезжит
Весенний рассвет,
И ничто не удержит
Теплеющий свет.

Молодежь послушаньям
Оставят учить,
Остальные – в полет,
Чтобы жертвенно жить.
   
                       

События


Сколько в нашей истории зла,
Сколько добрых событий,
Сколько горя она принесла,
Сколько дивных открытий.

Как от Бога отшедший  народ
Получал наказанье,
Как содомский и проклятый род
Не принес покаянье.

Как взирал на страданья Господь
И давал утешенье,
Как питал изможденную плоть,
Посылая прощенье.

Как  любовью исполнив закон,
Он не спрашивал строго,
Как страдал, ко Кресту пригвожден,
И  воскрес  силой Бога.
                  

Семистрельная икона


Семистрельная икона –
Символ жертвенной любви.
Ей разрушатся препоны
И борения твои.

Ведь когда-то чистым сердцем
Испытала Дева боль
За Предвечного Младенца,
И за нас на ране – соль.

Испытанья в этом веке
Протекают тяжело,
Нет трезвенья в человеке,
Отражающего зло.

Уязвляет наши души
То, что близкие творят,
И не могут слышать уши
Злобный, грязный, пошлый мат.

Матерь Божия покроет
От нашествия врагов,
Наше сердце успокоит
От бесчисленных клинков.

Укрепит в сознаньи веру
И научит, как прощать,
Установит в сердце меру,
Чтоб искало благодать.
                     

Перемены


А вы знаете, что тает лед на Марсе
И на нашей обустроенной  Земле?
Поменявшиеся в космосе балансы
Перемены прогнозируют в тепле.

Перемены климатические близко,
Перемены там, где нынче мерзлота,
Перемены и в сознании, и в числах,
Где зима, а где цветенья красота.

Нестабильна и душевная погода,
Видно, космос отражается на ней.
Всё какие-то боренья и невзгоды,
Жить по совести становится сложней.

Что утонет, что всплывет – увидим сами.
По прогнозам недалек природный сдвиг.
Надо сердцем жить в согласьи с Небесами,
Чтобы паникой  лукавый не настиг.

А когда в душе достигнута стабильность,
Ум не будет колебаться от проблем,
Мы увидим Божий промысел и милость
И не будем опасаться перемен.

То, что будет – результат духовной жизни,
Надо с верой и молитвой принимать.
И тогда не тронут сердце катаклизмы,
Потому что Бог подарит благодать.
              

Наш святитель


Был аскетом, твердым был на слово,
Души исцелял от тяжких ран.
Не боясь прещения царёва,
Жил святитель Божий Митрофан.

Он, незлобивый ревнитель меры,
Добродетель всячески скрывал,
Людям разъяснял глубины веры,
Дикий край любовью воспитал.

Пастырей разрозненное стадо
Единил в духовную семью,
В жизни у него была отрада –
Родину вымаливал свою.

Предстоя сознаньем перед Богом,
Откликался на печальный зов.
Осознав беду духовным оком,
Торопился на призыв Петров.

Он его мятущуюся душу
Усмирил и в выборе помог,
Православной веры не нарушив,
Понял царь, что в жизни нужен Бог.

Идолов убрал и стал молиться,
Строил флот, любил духовника,
Стал добрее к людям относиться,
Укрепив Россию на века.

И когда почил седой святитель,
Много было скорби, много слез,
Император в Вечную обитель
Лично гроб с усопшим старцем нес.

Велика пред Господом заслуга
Ревностного пастыря Земли,
Дивного молитвенника-друга
Перед Богом люди обрели.
                        

Стихи


Не пиши некрасивых стихов,
Чтоб они не корежили  слово,
Чтобы чувства духовных основ
Оживали в поэзии снова,

Чтобы радостью ум воспитать,
Чтоб любви научиться и вере,
Чтобы в жизни своей не роптать,
Чтобы к Господу было доверье.

Не пиши некрасивых стихов,
Не уродуй сознание фальшью,
Чтобы в хоре стихов-островов
Было б больше и виделось дальше,

Чтоб бессмысленная пустота
Не довлела, уродуя формы,
Чтобы в сердце была простота
И величье Божественной нормы.

Не пиши некрасивых стихов –
Как их много в стареющем мире.
Пожелтевшие кипы листов
Не знакомы талантливой лире.

Пусть когда-то сердечный порыв
Отразится осмысленной строчкой,
Горделивость в таланте закрыв,
Пусть раскроет весенние почки.


Почему ты спокоен?


–  Почему  ты спокоен,
И тебя не тревожат досужие речи?
Почему ты спокоен,
Не пытаешься истину им доказать?
Почему ты спокоен,
Не согнулась спина и расправлены плечи?
Почему ты спокоен,
Даже если свои захотели восстать?

Где берешь эту силу,
Чтоб незлобиться в жизни и быть простодушным?
Где берешь эту силу,
Что в тебя не пускает обиду и гнев?
Где берешь эту силу,
Которая делает мщенье ненужным?
Где берешь эту силу,
От которой уходит озлобленный лев?

Почему ты молчишь,
Если горькой издевкой тебя обижают?
Почему ты молчишь,
Если с грязью смешали тебя клеветой?
–  Просто в жизни своей
Я на Бога всегда и во всем уповаю,
В грешной жизни моей
Он от смерти избавил и дарит покой.


Сомненья


Сомненья сердце теребят,
Когда ты не услышал Бога,
Тебя страстями изнурят
Твои тщеславные тревоги.

Когда уклончивый ответ
На обличенье приготовил  –
Для сердца покаянья нет,
Ты покаянье обескровил.

Когда ты сам себе «глава»
И не желаешь послушанья,
Тебя баюкают молва
И горделивые признанья.

Когда увидишь, как попал
Твой разум в сети, в паутину,
Молю, чтоб ты из лужи встал
И покаянье не отринул.


Архипастырь


Помолись и за город,
И за вверенный край,
Как орел, духом зорок,
Ты почаще взлетай,

Чтоб утихли невзгоды,
Чтоб светлела весна,
Чтоб  небесные всходы
Пробудились от сна.

Души падшие дремлют –
Мало жизненных сил,
Ищут Бога и внемлют,
Чтобы их пробудил.

Над просторами реет,
Защищая от бед,
Тот, кто души согреет,
Даст любовью ответ.


Сестры


Сестры вместе живут,
Вместе пища и быт,
Только что обретут,
Если гордость кипит.

Любопытно для всех,
В чем сестра не права,
Осуждают успех
И ревнуют слова.

Вроде вместе живут,
Вроде дружной семьей,
Но не дружно поют,
И не брезжит покой.

Страсти в сердце кипят,
И доверия нет,
И куда улетят
После жизненных лет?

Каждый сам по себе,
Видя промахи – рад.
Как у Бога в мольбе
Примирить «детский сад»?

Чтоб была простота,
Согревала любовь,
Чтоб ушла суета,
Чтоб не жалили в кровь.


Водитель


Он долго объяснял, как нужно ехать,
Чтоб радость не кончалась за рулем,
Рассказывал, что по таежным вехам
На трассу сможет вывести потом.

Ему поверив, с радостным вниманьем,
Приветствуя  умение и пыл,
Рукоплескали с полным осознаньем:
«Как он, никто бы нас не научил!»

Водитель сел за руль вести машину,
Казалось, что покажет мастер-класс,
Но путь его – не в светлую долину,
И пыл автомобильный поугас.

Он нажимал на рычаги и кнопки,
Чуть планером на небо не влетел,
На кочках повыдергивал заклепки.
Расстроившись, народ охолодел.

Во всем пытаясь обвинить машину –
«Мол, рухлядь, и покрашена не так»,
Хотел одеть не по размеру шины –
«С Италии прислали напрокат».

Не прижилась заморская резина,
Как  ни  хвалили «горе-мастера».
Чтоб скрасить эту грустную картину,
Решил, что на покой ему пора.

                         

Окруженье


Ты попал в окруженье,
И теперь отовсюду следят за тобой.
Ты боишься  движенье
Совершить, чтоб тебя не увидел конвой.

Враг родимую землю
Собирается этой войной захватить.
Боже, грешникам внемли,
Помоги православную Русь сохранить.

Наступают фашисты
И уверены в том, что победа легка.
Их желанья нечисты,
И нечистая движет войсками рука.

Но для Бога не сложно
Поразить эту страшную черную рать.
Возрожденье возможно,
Если в Руки Господни событья предать.

Очищенье возможно,
Если с помощью Божией идем побеждать.

            

За семью печатями


За семью печатями – тайна.
И о ней ты узнаешь случайно,
Потому что скрывают от глаз
То, что веры огонь не погас.

За семью печатями – горы,
А за ними – цветами просторы.
Отживела от плена земля,
И теперь зеленеют поля.

За семью печатями – реки,
Нет прозрачней водицы на свете,
Там неведомая глубина,
Там никто не достанет до дна.

За семью печатями – души,
В них никто благодать не задушит,
В них сияет Божественный Свет,
Потому что греха больше нет.

                 

Низложение


Сегодня ты – в славе, а завтра  низложит молва.
Сегодня ты – высший, а завтра твоя голова
Не стоит полушки, ни опыт, ни знаний запас,
И твой огонечек   как будто  бы  вовсе угас.

И те, кто сегодня с почтеньем кивали главой,
Назавтра забудут, откуда и кто ты такой.
И те, кто недавно еще пред тобой лебезил,
Ехидно смеются: «Ну  как, ты сполна получил?»

Что делать? По жизни как будто лавина прошла
И стерла дорогу,  и то, что построил, снесла.
Куда обратить свой потерянный замерший взор,
Когда твою душу почти расстреляли в упор?

В Небесной тиши не нужны ни почет, ни чины.
Нет фальши у Бога, для Господа души важны.
Ты просто за столько прожитых упущенных лет
Всем сердцем к Нему обратись и получишь ответ,
И  помощь получишь, и смысл, и потерянный свет.


Проходит жизнь


Искрится иней на дороге,
Деревья спят, идет зима.
Ее устои властны,  строги,
Мороз трещит, спешит в дома.

Сияет солнце в синем небе,
В сугробах прячется весна.
Наверно, спит во власти неги,
На время скована она.

Жемчужный край холодный, вялый,
Не украшает пенье птиц.
Метель прочистила завалы
И оживила краски лиц.

Следы сокрыты чистым снегом,
Не видно дряхлую листву.
Зима своим лихим набегом
Готовит землю к Рождеству.        

         

Понимание


Кто-то совсем не желает тебя понимать,
Просто из такта поддержит твои разговоры.
Если желания нет диалог продолжать,
Будет честнее расстаться, не сея раздоры.

Каждый по-своему смотрит на жизненный путь
И выбирает манеру и смысл поведенья.
Кто-то считает, что лучше пойти отдохнуть,
Чем заниматься душой и роптать на лишенья.

Разве возможно заставить кого-то любить?
И, ненавидя, добро излучать невозможно.
Ты не захочешь Создателя благодарить,
Если не веришь, понять снисхождение сложно.

Если общение в тягость, не надо роптать –
Бог посылает для сердца любви испытанье.
Надо молиться за тех, кто не хочет понять,
Может, у Бога они обрели оправданье.